Анна Прудская  рассказ                                         

Анна Прудская: "По образованию я филолог. Много лет живу в Польше, занимаюсь гостиничным бизнесом. Пишу рассказы... Зачем?  Чтобы не забыть родной язык. Чтобы поделиться жизненными наблюдениями. Чтобы похвалили, в конце концов :-)...".

Деловая хватка

Гардероб Елены Васильевны Букиной, жены предпринимателя, насчитывал четыре единицы: коричневую вельветовую юбку, добела вытертые джинсы «Вранглер», а также две кофты - желтую и голубую. Юбка, правда, с возрастом на коленках вытянулась, а джинсы обвисли. Ну, и кофты - голубая еще куда ни шло, а вот желтая давным-давно выгорела и «скаталась». Елена Васильевна уже несколько лет всерьез подумывала над тем, как бы купить замену старой желтой кофте. Да только постоянно что-то мешало, постоянно что-то более важное и существенное вставало на пути.

Муж Елены Васильевны, Евгений Петрович Букин, человек по природе оборотистый и предприимчивый, считал, что деньги должны крутиться. «Капитал обязан работать! - любил повторять Евгений Петрович, - средства тратят энергию, когда лежат!»

Она, чего там скрывать, и полюбила-то его за деловую хватку. За то, что деньги называл уважительными словами: «средства», «капитал». За то, что, рассуждая, артистично жестикулировал. За то, что был до умпомрачения начитан, знал множество умных бизнес-терминов, из которых не очень начитанная Елена Васильевна, в ту пору еще Леночка, понимала от силы одну треть...

                                                                                    ***

Тогда, пятнадцать лет назад, возле Евгения вертелся "Напарник", точно такой же артистичный говорун и грамотей. Леночка запомнила, как однажды Евгений с Напарником долго сидели в прокуренной кухне, обсуждали какую-то перспективную идею. А потом Напарник позвал ее. Обнял Евгения и торжественно произнес:

 - Смотри, Ленуша! Перед тобой - Джон Леннон и Пол Маккартни зарождающегося русского капитализма!

Леночку охватило предчувствие чего-то большого и светлого. Казалось, будто что-то должно вот-вот произойти, что-то волшебное и чудесное. После таких слов жизнь обязательно изменится! «Обязательно!» - думала Леночка, жмуря глаза от надвигающегося счастья...

Евгений был дерзок и решителен. В перспективную идею нырнул, словно в ледяную прорубь. «Надо накопить первоначальный капитал!» На этот «первоначальный капитал» у кого они только не наодалживали: и у друзей, и у родственников... Леночка даже ссуду на работе взяла... Евгений сказал: «Бизнес – это риск. В два дня все отобъем, вот увидишь!»

Но прошло два дня, потом две недели, а первоначальным капиталом даже и не запахло. Напарник уехал за океан. Леночка с каким-то болезненным восхищением вспоминала, как уезжая, Напарник скрутил двумя руками четыре дули. На прощание. Вместе с Напарником от Леночки уехала мечта о волшебном и чудесном....

                                                                                      ***

Евгений резко изменил жизненную философию. Его любимым занятием стало питье вина.

- Деньги – это, по сути, фекалии. Экскременты.

Питье превратилось в выпивание, а потом и в пьянство. Букины съехали в маленький частный домик с печным отоплением. Елена Васильевна занялась хозяйством. Чтобы как-то прокормиться, развела домашних хорьков-фредок. На птичьем рынке купила подержанную клетку, поилку, лоток. И пару симпатичных быстроглазых зверьков с дорогим перламутровым окрасом. Она все просчитала: фредки размножаются два раза в год, приносят в среднем по восемь детенышей. Если продавать шкурки, то вполне можно прожить...

Иногда она подходила к мужу, жаловалась, мол, лысо как-то живем...Что, если не пить вино, а, наоборот, насобирать денег, да и сходить куда-нибудь, среди людей показаться? Муж отвечал:

- Люди? Люди - это экскр...эскр....эссс

- Экскременты? – подсказывала Елена Васильевна.

Евгений Петрович согласно мотал головой. Вверх-вниз, вверх-вниз...

А она, в принципе, и не настаивала. Действительно, так ли уж надо куда-то идти, предварительно составляя комбинации из одежды, например, юбка с желтой кофтой или юбка с голубой кофтой, или джинсы с желтой кофтой, а может, джинсы с голубой кофтой...Так и запутаться можно.

Елена Васильевна насквозь пропахла фредками, а Евгений Петрович – винным перегаром. Между супругами наступило какое-то спокойное согласие, понимание. Фредки принесли первый приплод. Елена Васильевна дала новорожденным человеческие имена: Дарьюшка, Катюша, Максимка, Феденька, Богданчик. Больше всего на свете Елену Васильевну тревожило не мужнино пьянство, нет, а ожидание того страшного момента, когда перламутровую шкурку придется отделять от нежной хорьковой плоти. Словно заноза поселилась в сердце «Живодерка, - нашептывала с ужасом Елена Васильевна, - я – живодерка...»

Беда подкралась внезапно. Заболела Дарьюшка. Потом, друг за дружкой, все остальные: Катюша, Максимка, Феденька, Богданчик. Светлые мордашки заострились, шерстка потускнела. Вызвала Елена Васильевна ветеринара, да только пока он доехал, было поздно. За три дня и сгорели в болезни зверята.

Муж помог оплакать горе. Елена Васильевна зачем-то решила навестить продавщицу на птичьем рынке. Пришла рассказать, что погибли зверьки, так просто, захотелось поделиться...Продавщица, не дослушав, скрутила четыре дули: «Деньги назад не получите! Надо было прививки делать!»

Четыре дули...Где-то она уже это видела... Елена Васильевна спросила вечером мужа: «А помнишь Напарника? Джона Леннона?» Опять посидели, повспоминали...Как там Напарник? Жив ли? Богато живет, наверное... Евгений Петрович даже лицом как-то просветлел. Или показалось? Нет, определенно что-то изменилось в тот вечер. Евгений Петрович отставил стакан. Долго сидел на кухне, курил. А на следующий день встал пораньше и даже побрился...

                                                                                      ***

Букины купили старый металлический гараж. Правда, машины нет, но ничего, всему свое время. В гараж сложили клетки – память о фредках. Евгений Петрович увлекся распространением книжной продукции. Скупал по дешевке литературный неликвид, а потом продавал. То, что не продавалось, складывалось в гараже. В стопках хранились: «Карта города Херсона», «Гороскоп для двоих», «Книга о раздельном питании», «Основы маркетинга»... Елена Васильевна то и дело подбадривала мужа: «Молодец! Хорошо, когда в человеке предпринимательская жилка есть. Деловая хватка!»

Сама она занялась обносной торговлей. Купила два термоса. В одном - кофе, в другом – чай, знай ходи по базару да кричи: «Кофе! Чай! Кофе! Чай!» Торговцы покупают, особенно зимой. Иногда и ей чего-нибудь перепадет: вон пальто с браком хозяин с широкого плеча отдал, новенькое! А кто-то ремней целых двенадцать штук оставил на прилавке... Что за люди странные, ей-Богу...

Гараж потихоньку заполнялся. А еще Букины решили щенков разводить. Все просчитали: покупаешь суку с родословной, отдаешь на случку, потом рассчитываешься одним щенком, а дальше – пожалуйста! Рожай и продавай себе на здоровье.

                                                                                      ***

Евгений Петрович налил вина, себе и жене. По выходным-то можно... Елена Васильевна поправила желтую кофту. И даже слегка зажмурилась, как тогда, давным-давно, когда еще была Леночкой: скоро будут маленькие теплые щенята с мокрыми носами. Дома – мир, гараж – полная чаша...Если мечтать о волшебном и чудесном, то оно обязательно сбудется. Обязательно.

Может быть, уже сбывается?...