Олег Лузин рассказ                                         

Родился в 1972  в г. Джезказган ( Казахстан). Закончил Кемеровский государственный институт культуры в 1993 году. Был членом литературного круга «АЗ». Живет в Красноярском крае, работает в сфере дополнительного образования. Печатался с рассказами в литературном журнале «День и ночь».

Олеся

-  Ты когда-нибудь чувствовал, — спросила она, - 

что тебе не хватает того, кого ты никогда не встречал?
Ричард Бах «Мост через вечность»

Я ехал медленно по району Малой на машине, пытаясь разглядеть новое здание аптеки - искал редкое лекарство для жены. Аптечный ларёк здесь поставили недавно, я узнал о нём по рекламе из радио, и вот решил найти. Мне оставалось только надеяться, что местные жители не успели раскупить лекарство.

Неожиданно мотор автомобиля заглох, и, несмотря на все мои усилия, отказался заводиться. Закрыв машину на ключ, я двинулся дальше пешком в скверном настроении, размышляя над тем, кто из друзей сможет приехать сюда и взять меня на буксир.

Малая это - историческая часть нашего города, с неё он, собственно, и начался лет двести назад. Никаких достопримечательностей, кроме старых деревянных домов, здесь не встречается, поэтому мы, жители центральных улиц, редко заходим сюда.

Около пятнадцати минут я плутал по однообразным деревенским улицам и понял, что окончательно заблудился - мне пришлось идти наугад. Прогулка, как ни странно, доставляла мне удовольствие. Я с интересом начал разглядывать незнакомую для себя местность, находя её необычной. Меня поразили два магазина, на которые я набрёл случайно. Сделаны они были из больших оранжевых кирпичей и стояли напротив друг друга, по обеим сторонам узкой дороги. Магазины выглядели, как зеркальные близнецы, и продавали один и тот же товар. Их большие окна-витрины заманивали покупателей выставкой пылесосов последнего поколения.

«Кто же здесь берёт современную технику в таком количестве? – подумал я. - Жители Малой — люди, как правило, небогатые, в их деревенских домах чаще можно встретить веник, чем суперсовременный пылесос».

Я повернул на следующую улицу и наконец-то увидел то, ради чего сюда приехал – аптеку. Точнее – большой аптечный ларёк.

Дизайн ларька, для этих мест, напоминал скорее аномалию, чем продуманный маркетинговый ход. Аптеку выкрасили в чистый белый цвет. На крыше установили большой красный крест, который мигал, как новогодняя гирлянда. А перед аптечным киоском установили стальной солнечный диск размером с человека. Солнце, выбитое чеканкой, смахивало на иллюстрацию бренда известного кофе. Изображению светила вычеканили человеческие глаза, выпуклые щёки, нос, улыбающиеся губы и разбегающиеся в стороны толстые короткие лучи света.

«Такой аптечный ларёк точно не пропустишь», - подумал я.

Чтобы привлечь к себе внимание, мне пришлось постучать в окошко, через которое отпускался товар. Оно быстро открылось, и из него выглянула премиленькая девушка в белом халате.

- Здравствуйте, - елейно сказала она.

Я, плохо скрывая тревогу, назвал ей лекарство. Аптекарша, немного поискав, сказала:

- Вам повезло, последняя упаковка.

- Ну, слава богу, - выдохнул облегчённо я и отдал ей деньги.

Девушка загадочно улыбнулась и, не попрощавшись, закрыла окошко.

Лекарство для жены я достал, теперь осталось только вернуться к своей машине. Куда точно идти, я не представлял, поэтому выбрал наугад направление, свернув в первый попавшийся мне переулок. Так или иначе, Малая не бесконечна, и ноги приведут меня в нужное место.

Улочка, на которой я оказался, быстро начала сужаться, и мне пришлось пробираться по ней, повернувшись боком. Крыши домов смыкались над моей головой, создавая полумрак. Складывалось впечатление, что я прохожу по туннелю. Мне пришлось довольно долго блуждать. Один маленький переулок сменялся другим. Улицы оказались безлюдны, словно все жители Малой вымерли - никто не мог подсказать мне дорогу назад. Я как будто бродил в лабиринте, а потом совершенно случайно оказался на широкой улице.

Мимо меня по отсыпанной гравием дороге проехал автобус. Я посмотрел ему вслед и увидел вдалеке высокий бетонный забор. Это ограждение, словно граница Малой. За забором виднелся большой холм, весь покрытый жёлтой высохшей травой. Появилось странное ощущение завершённости пространства, как будто за холмом находилась пустота.

- Вот где заканчивается наш город, - проговорил я вполголоса.

Мне довелось оказаться здесь впервые, но я словно увидел что-то знакомое. Мною овладело любопытство. Как заворожённый, я медленно двинулся по улице в сторону каменного забора. Дорога и тротуар, по которому я шёл, находились в низине, а одноэтажные деревянные дома стояли на возвышении. Они сплошной стеной закрывали окрестности. Разглядывая с интересом местность, я медленно дошёл до бетонного забора и увидел, что около него находится ещё одна улица, скрытая от глаз. Не раздумывая, я свернул на неё и замер, как вкопанный. Моему взору предстало самое необычное сооружение, которое я когда-либо видел.

Огромная театральная сцена располагалась прямо на улице. Путь к ней преграждала высокая железная изгородь, чёрные прутья которой, подобно шаманским деревьям, кто-то украсил многочисленными лоскутками из разноцветных тканей. Конструкция сцены чем-то отдалённо походила на праздничный торт Наполеон. Она возвышалась над зрителем и состояла из пирамиды приплюснутых кругов, уложенных друг на друга. Круги театрального помоста автоматически приводились в движение оператором. Во время спектакля они крутились, выдвигались вперёд и назад. Только верхняя небольшая часть театральной сцены находилась под навесом. Помост покрывала тёмно-бордовая шершавая ткань, напоминавшая бархат. От сцены веяло теплом и забытым детством.

- Вот это да! – не смог сдержать я своего восхищения и вдруг чётко вспомнил, что когда-то давно видел на этой сцене спектакли!

От осознания происходящего моё тело затрясло, как лихорадке. Я взялся за стальные прутья обеими руками и в бессилии повис на них, пытаясь вспомнить всё в мельчайших подробностях, как будто от этого зависела вся моя жизнь. Видения начали всплывать одно за другим. Я отказывался верить в реальность воспоминаний. Образы настолько стёрлись из моей памяти, что, появляясь в ней вновь, казались выдумкой.

Я вспомнил себя пятнадцатилетним подростком. Мои родители уехали в командировку на всё лето, оставив меня под присмотром двоюродной бабушки, проживавшей тогда на Малой. Я помирал со скуки. Бабушка, чтобы развлечь меня, привела на спектакль, который шёл на этой сцене. Показывали какую-то средневековую драму. Я могу ошибаться, но, кажется, шёл «Король Лир». Немногочисленные зрители смотрели спектакль, стоя на улице. Стальная изгородь тогда отсутствовала. Это была первая театральная постановка, которую я увидел в своей жизни. Как ни странно, спектакль мне очень понравился.

Позже я узнал, что театр, игравший на сцене, был непрофессиональным. Спектакли делала студентка-практикантка из института культуры. В основном играли в них подростки, но встречались и взрослые актёры из числа местных жителей.

Театр ставил различные пьесы, начиная от Эсхила и заканчивая робкими попытками юных сценаристов. Спектакли шли под открытым небом. Действие просто начиналось, и каждый проходящий мимо по улице мог остановиться и стать его зрителем...

Как такое можно забыть?!

Словно городской сумасшедший, я начал приставать к людям, проходившим мимо меня, с вопросами:

- Вы не знаете, когда будет новый спектакль на этой сцене?

- Нет, - отвечали они.

- Когда будет спектакль?

- Мы не знаем.

Я чувствовал, что должно произойти что-то очень важное, если я посмотрю хоть один спектакль. Мне нужен был он, как воздух!

- Когда будет спектакль?!

Наконец одна из женщин-прохожих мне ответила:

- Спросите у вахтёрши музея. Вон она сидит в теньке под навесом.

- Музея? – удивился я.

- Театр давно уже не работает, из него сделали музей, - сказала женщина и ушла.

Я поднялся выше и увидел вход в театр-музей. На самом верхнем выступе сцены, прячась от солнца, сидела в кожаном потёртом кресле, словно королева на троне, старая полная женщина. Я подошёл к ней и задал тот же самый вопрос:

- Скажите, а когда будет спектакль?

- Какой тебе спектакль? – грубо ответила она. – У нас музей.

- Ну, пожалуйста, скажите, - не унимался я.

- Сейчас охрану вызову, - раздражённо ответила она.

Я огляделся, словно ища помощи. Мой взгляд остановился на фотографиях, которые лежали причудливой экспозицией прямо на полу сцены под стеклом. Это были актёры театра. Среди них я узнал себя – юношу с длинными спутанными волосами. Вокруг моей шеи был элегантно обмотан шарф из лёгкой белой ткани.

Странно, но эту фотографию я хорошо помню. Она хранится у меня дома в старом фотоальбоме. Это фото я сделал в студенческом общежитии. Мы дурачились, и на нём я изображал из себя актёра. Как и когда эта фотография попала сюда?

Фото под стеклом пробудило мои новые воспоминания.

«Я же написал пьесу для этого театра! Более того, по моему сценарию поставили здесь спектакль!» - вспомнил я.

Мысли, словно вспышки, носились в моей голове.

- Вы не узнаёте меня? – спросил я у женщины, показывая на свою фотографию.

В ответ вахтёрша молчала и спокойно глядела на меня без эмоций.

- Да вот же я на фотографии! Я написал пьесу и играл в этом театре!

- Какую пьесу? – спросила спокойно она.

- О, боже! Я не помню, как она называлась! Помню, что это было что-то наподобие сказки, и главную роль в нём играла …

Я не договорил предложение, потому что вспомнил то, что так судорожно пытался вытащить из своей памяти последние несколько минут. Я вспомнил главное! Вспомнил Её!

- Олеся! – закричал я. – Олеся играла главную роль! Где Олеся?!

Перед моим взором за секунды пронеслась целая маленькая жизнь, которую я прожил когда-то давно, будучи ещё пятнадцатилетним подростком.

Я вспомнил снова жаркое лето, деревенские улицы Малой, летние каникулы у двоюродной бабушки…

У меня не было друзей, проживавших в том районе. Я иногда помогал «бабуле» по хозяйству, а в остальное время читал книги или бесцельно шлялся по улицам. В один из таких дней я встретил группу подростков – мальчишек и девчонок примерно своего возраста. Мы познакомились. Оказалось, что все они ходили в местную театральную студию и играли в различных спектаклях. Мы сдружились. Я тоже начал за компанию посещать театральный кружок. Мне дали роль в спектакле, моей партнёршей стала девушка Олеся. Мы часто оставались наедине и читали текст из пьесы, работали над образом. Вначале я ничем не выделял Олесю. Девчонка как девчонка: она не казалась мне симпатичной, но совместная деятельность нас сдружила. Мы лучше узнали друг друга, а потом полюбили. Наши отношения развивались спокойно, без надрыва, и ничего общего не имели со страстью. Я чувствовал, что Олеся - самый родной и близкий для меня человек на земле. Мы, конечно, обнимались и целовались, но у нас и мысли не было переступать эту черту. Объятия и поцелуи просто помогали нам лучше понимать друг друга.

Мы часто гуляли по Малой. Олеся показывала мне тайные тропы этого района – узкие переулки и пустые дома, холмы и заборы, заброшенные сады с колючим крыжовником. Нам нравилось находить новые места для пикника, есть сладкую ягоду горстями и давить из неё сок в стеклянные бутылки.

Я вдохновился нашими отношениями, и когда оставался один, писал пьесу для театра. Текст получился в стиле мифических сказаний. Сюжет строился на основе поисков Великого Короля, пропавшего после решающей битвы.В этих скитаниях главный герой сталкивался с дружбой и предательством, любовью и изменой, властью и бесправием.Ему удалось преодолеть все жизненные трудности и найти своё истинное предназначение.

- Ну у тебя и шекспировские завороты, - говорила восторженно наш режиссёр Татьяна. – Будем ставить.

Мы репетировали около двух месяцев: делали декорации, шили костюмы, выстраивали свет. Оснащённости и богатству спектакля мог позавидовать бы и столичный театр, а конструкция огромной механической красной сцены не находила аналогов. Откуда такие средства в любительском театре? Тогда у меня не возникало этих вопросов. Я воспринимал мир проще и не анализировал происходящее.

На премьере моего спектакля люди восторженно аплодировали. Он имел потрясающий успех. Как сейчас вижу себя и Олесю: мы держимся за руки и радостно кланяемся зрителям!

На следующий день о спектакле вышла статья в местной газете. Мы читали её и радостно обсуждали. Татьяна поместила статью с моей фотографией на стенде перед сценой, чтобы её видели все прохожие.

Это был конец августа. Летние каникулы завершились. Попрощавшись со всеми, я легко уехал домой на рейсовом автобусе, с уверенностью, что скоро вернусь сюда вновь.

И всё! Больше я ничего не помню. Как будто выключили свет…

 

- …Олеся! Где Олеся? – бесконечно причитая, спрашивал я.

- Вспомнил, значит? – снисходительно сказала старуха.

- Где Олеся? – в очередной раз простонал я.

- У меня живёт, - ответила вахтёрша. – Всё ждёт тебя. Уехал и даже весточки ни разу о себе не подал.

Ждёт меня уже столько лет?! Не могу описать словами то огромное счастье, которое я испытал в тот момент. Олеся не забыла меня! Она находится где-то рядом, и вновь присутствует в моей жизни!

Я представил, как подхожу к дому, где живёт Олеся. Она выбегает ко мне навстречу, как будто знает, что я приду именно в это время. Мы берёмся за руки, не отводим глаз и не слышим слов друг друга. Поток любви идёт из наших сердец, весь мир отзывается и трепещет…

- Я не хочу больше с ней никогда расставаться, не хочу терять её! – сказал я вахтёрше. – Дайте мне её мобильный телефон, чтобы всегда находится с ней на связи.

- Пиши, - согласилась легко старуха.

Неведомо откуда появился какой-то грязный клочок бумаги, карандаш, и я стал быстро писать.

- 8-965…,- начала диктовать она.

Я судорожно записал телефон и попытался сразу его запомнить, но стало происходить что-то странное и непоправимое. Картинка театра задрожала, пошла волнами и начала исчезать. Я почувствовал, что всё, что со мной происходит сейчас, нереально. Последнее, что я увидел, это удивлённое лицо вахтёрши.

- Телефон, запомни телефон! - уже просыпаясь, говорил я себе…

Я открыл глаза и понял, что задремал, сидя в своей машине. Мои мысли кружили вихрями сна.

Первое время я отказывался воспринимать реальность, в которой не было Олеси, словно пустота отделила меня от мира. Неужели такое возможно: вспомнить целую несуществующую жизнь, девушку, чувство любви к ней, а проснувшись, понять, что никакой Олеси никогда не существовало в моей жизни? Не было никакой двоюродной бабушки и каникул на Малой!

Полдня я не мог прийти в себя.

Машина, словно отдохнув от праведных тяжких трудов, завелась с пол-оборота. Без особого ожидания чуда я проехал медленно по Малой в поисках похожих мест из своего сна. Хотя и знал заранее, что ничего подобного не найду, но, как говорится, «надежда умирает последней».

Домой вернулся под вечер.

- Как дела? – спросил я уставшим голосом у жены.

- Нормально, - ответила она, чуть взглянув на меня, и вновь погрузилась в проверку школьных тетрадей.

Я поглядел на её длинные тёмные волосы, правильные черты лица, спортивную фигуру. В мыслях снова всплыл образ девушки из сна. Олеся явно уступала по внешним данным моей жене. Почему же тогда сновидение так взбудоражило моё сердце?

Жена почувствовала, что я её разглядываю.

- Лекарство купил? – спросила она.

- Нет, не нашёл нигде. Завтра могу съездить в Ачинск, поискать там.

- Не стоит, врач выписал мне сегодня другое, и я его купила сама, так что хорошо, что не взял. И прости, что не предупредила по телефону. Замоталась совсем.

Я сел на диван рядом с женой и попытался её обнять.

- Не приставай, зашиваюсь, ещё два класса проверять, - сказала она свою привычную фразу.

Я решил не мешать ей и уйти на кухню, по пути захватив из серванта початую бутылку коньяка. Жена не заметила этого манёвра.

На кухне я долго сидел в тишине с налитой рюмкой и в сотый раз вспоминал все детали необычного сна. Неужели мозг может творить с человеком подобные шутки?

Чтобы отвлечься, я выпил и включил телевизор. Шла какая-то передача, но смысл её до меня не доходил. Звуки казались отдалёнными, словно источник шума находился за окном. Все действия совершались мной механически.

После третьей рюмки коньяка постепенно стало отпускать. Сновидение уступало место реальности, уходя в глубины памяти.

Как жаль, что я не успел запомнить телефон Олеси. Помню только первые цифры. 8-965…, а дальше? Кажется, 273? Чёрт! Почему мы сделаны так, чтобы забывать свои сны?

Я достал свой мобильный телефон и набрал номер, полагаясь на подсознание и интуитивную работу пальцев.Раздались длинные гудки.

- Алло, - услышал я в трубке бодрый женский голос и моментально оборвал вызов.

Что я делаю?! Неужели я собираюсь сказать:

- Здравствуйте, это Олеся?

И услышать в ответ:

- Вы ошиблись номером.

А если нет? Если и вправду это Она?! Голос-то женский. Уже совпало! Что тогда сказать? Как объяснить?

- Увидел вас и ваш номер телефона во сне, и вот решил позвонить.

И услышать в ответ:

- Пошёл ты туда-то и туда-то, придурок! (Здесь разные вариации в зависимости от воспитанности девушки.)

Ещё две рюмки коньяка через небольшой промежуток времени толкнули меня на новый «подвиг». Я быстро набрал СМС на номер, по которому звонил недавно, и, стараясь не задумываться ни о чём, отправил сообщение в неизвестность. Текс его был прост:

«Здравствуйте. Вас зовут Олеся?»

«Вот идиот! – вертелось у меня в голове. – Шлю «СМСки» незнакомым женщинам! Совсем заигрался. Тебе же уже за сорок!».

Прошло минут пять. Мой телефон завибрировал и выдал сигнал о пришедшем мне сообщении.

СМС поступило с того номера, на который я недавно звонил. Мои руки тряслись от волнения. Я открыл сообщение и прочитал его, не поверив своим глазам! Там было всего лишь два слова:

«Привет! Да».

 

И что дальше? Как с этим теперь жить?..