Мира Варковецкая  рассказ                                         

Преступление и наказание

Графический дизайнер, с 1996 года живёт в Канаде, Публиковалась в литературно-художественном журнале "Новый Свет" и "Этажи". В прошлом году один из рассказов был номинирован на премию  Эрнеста Хемингуэя.  (The Hemingway Canadian Literary Award)

– Прошу никого не сходить с места и поднять руки вверх. Это ограбление! – сухонькая старушка прикрыла спиной дверь и уверенно выставила вперед руку с пистолетом. Черный "Глок" слегка дрожал в её тонкой руке, и от этого казалось, что дуло одновременно направлено сразу на всех, кто находился в почтовом отделении.

 

Девушка за стойкой удивлено открыла рот и застыла у кассы. Двое посетителей - преклонного возраста мужчина и дама в серой норковой шубе - прекратили разговаривать и уставились на старушку с пистолетом. Молодой человек в короткой теплой куртке и огромных наушниках замер у витрины с марками.

 

– Отойдите, пожалуйста, от кассы, мисс, – приказала старушка девушке в униформе, – и не пытайтесь вызвать полицию. Я отлично знаю, как у вас тут всё устроено.

 

Лицо у старушки покраснело от напряжения, и белые завитушки волос подчеркивали её волнение. Девушка отошла от кассы и стала переглядываться с посетителями.

 

– Вы двое, – старушка направила пистолет на пару, – ложитесь на пол. А вы, молодой человек, снимите наушники и дайте мне ваш телефон.

 

Парень быстро снял наушники, вытащил телефон и протянул его старушке. Та в нерешительности замешкалась, быстро сообразила, что руки у неё заняты пистолетом и сумочкой, и предложила запустить телефон по гладкому полу в её сторону, что парень и сделал.

 

Мужчина стал осторожно приседать на пол и поморщился от боли, спутница в сером норковом пальто помогала ему лечь.

 

– У вас болит спина? – старушка продолжала держать пистолет в заметно дрожащей руке.

 

– Да, проклятый радикулит не дает покоя, – пожаловался мужчина и встал на колени.

 

– Ну хорошо, хорошо, – на лице у старушки появилась понимающая ухмылка, – молодой человек, – обратилась она к парню. – Помогите джентльмену встать и усадите его вон в то кресло, – старушка указала на ряд кресел в углу комнаты.

 

– А вы, мадам, просто стойте и не шевелитесь.

 

Женщина открыла рот и хотела что-то сказать, но старушка сделала страшное лицо, выпучила глаза и решительно мотнула рукой с сумочкой.

 

– Всем молчать! Пистолет заряжен! Мне 89 лет и нечего терять. Поэтому, пожалуйста, следуйте моим инструкциям, если хотите остаться в живых.

 

Дама в норковом пальто побледнела и пошатнулась. На лице у неё появились красные пятна, и она попыталась расстегнуть верхнюю пуговицу.

 

– Боже мой, – поморщилась старушка, – капля стресса убивает лошадь. Молодой человек, что вы стоите, как истукан? Помогите даме сесть на стул. Не хватает ещё сердечного приступа во время ограбления.

 

Молодой человек подхватил даму за талию и усадил её рядом с мужчиной.

 

– Отлично! А теперь, мой юный помощник, держите сумочку, – старушка протянула ридикюль парню, – откройте её и отнесите к молодой леди. А вы, моя дорогая, поторапливайтесь и переложите деньги из кассы в сумочку.

 

Девушка подошла к кассе и достала три ассигнации по двадцать долларов, две по пять и мелочь.

 

– Извините, мэм, но вы рано пришли грабить. За утро было всего три посетителя. А все наличные деньги мы вечером сдаем в банк, – девушка положила деньги в раскрытую сумочку и виновато улыбнулась.

 

Старушка протянула руку и выхватила сумку из рук парня.

 

– Благодарю всех за помощь, – сказала она и спрятала пистолет, – попрошу вас оставаться на своих местах ещё пару минут.

 

Она открыла дверь и быстро выскочила на улицу. Через пару минут со стоянки выехал синего цвета старый лимузин.

 

                                                                                        ***

 

– Слушается дело об ограблении почтового отделения номер "43" в городе Белмертон.

 

Судья открыл папку, достал бумаги и посмотрел в зал. За трибуной стояла маленькая пожилая женщина в круглых очках.

 

– Мадам Штольц, – судья обратился к ней, – я рассмотрел ваше дело и хочу задать вам два вопроса. Прошу вас отвечать чётко и по делу. Вы меня поняли?

 

Мадам Штольц с готовностью кивнула. Она положила руки на стол и сжала ладони в кулачки. Было видно, как побелели костяшки на пальцах.

 

 

 

– Мадам Штольц, я не слышу вашего ответа, – судья привстал и наклонился вперед.

 

– Да, Ваша Честь, я готова ответить на ваши вопросы.

 

– Итак, начнем. Попрошу тишину в зале. Мой первый вопрос: где Вы взяли пистолет?

 

Мадам Штольц приподнялась на цыпочки, вытянула голову вперед и начала:

 

– Ваша Честь, я купила пистолет в отделе игрушек в Супер Сторе на Бейли Авеню.

 

Судья сделал пометку в своих записях.

 

– Хорошо. И второй вопрос. Попрошу вас не торопиться с ответом. Зачем Вы ограбили почтовое отделение?

 

Мадам Штольц достала платочек и промокнула им верхнюю губу.

 

– Ваша Честь, в январе этого года мне исполнилось 89 лет. Мой муж покинул этот свет десять лет назад, и с тех пор я живу одна. Это, конечно, нелегко - быть одной целыми днями, но я нахожу утешение в любимых занятиях. Например, я ухаживаю за цветами в саду. Готовлю праздничные кексы для благотворительного собрания. Читаю. Я люблю читать, – она снова достала платочек и теперь вытерла им лоб, – два раза в неделю я посещаю библиотеку и часто гуляю в городском парке. Там много птиц, и я их подкармливаю.

 

Судья поднял руку, и она замолчала.

 

– Пожалуйста, ближе к делу, мадам Штольц.

 

– Хорошо, Ваша Честь, – согласилась старушка и снова поднялась на цыпочки, – в этом году мои дети решили, что я слишком слаба для одинокой жизни и решили пристроить меня в дом для престарелых. Понимаете, Ваша Честь, жизнь среди старых и беспомощных людей меня совсем не привлекает. Есть по утрам овсяную кашу в обществе беззубых стариков - не для меня. Поэтому, Ваша Честь, я решилась на ограбление.

 

– Мадам Штольц, но как семьдесят пять долларов могут решить ваше положение?

 

– Дело не в деньгах, Ваша Честь, – заулыбалась старушка, – ограбление определит моё место пребывания. Я прочитала в газете, что женская тюрьма в Бюрлингтон обзавелась новой библиотекой и беговой дорожкой вокруг пруда. Меня будут окружать молодые и интересные женщины. А где находится кровать, в комнате в доме престарелых или в тюремной камере, мне безразлично. Я неприхотлива в быту.

 

В зале суда повисла тишина. Настенные часы в толстой старинной раме мерно отсчитывали минуты. Судья что-то написал на листке бумаги и передал его жюри.

 

– Суд удаляется на совещание. Перерыв пятнадцать минут.

 

Захлопали крышки стола, и застучали каблуки посетителей. В глубине зала послышались тихие разговоры. Мадам Штольц присела на край стула в ожидании решения суда. Она держала осанку и смотрела прямо перед собой. Руки она положила на колени, как прилежная школьница.

 

Через пятнадцать минут секретарь пригласил всех встать и объявил о возвращении суда. Первым вернулся судья, затем один за другим появились члены жюри. Все сели. Мадам Штольц заняла место у трибуны. Члены жюри стали передавать друг другу бумагу с вердиктом.

 

Мадам Штольц наклонила голову набок и слегка сгорбилась.

 

– Мадам Штольц, – начал судья, – суд присяжных вынес приговор по вашему делу, – он прокашлялся и поправил очки, – мадам Штольц, вы приговорены к домашнему аресту сроком на три года. Каждый четверг в течение трех лет вы обязаны приходить лично в полицейский участок и рассказывать о состоянии ваших дел. В течение трех лет вы не имеете права покинуть ваш дом. Исключение – тяжелое физическое состояние или смерть.

 

В зале суда послышались неуверенные овации и вздохи облегчения.

 

– Судебное заседание закончено, – удар судейского молотка оповестил о закрытии дела мадам Штольц.